На полшага впереди смерти - Алексей Макеев

Нежданные гости прошли в директорский кабинет.

Густо заросший бородой и патлами, похожий на Карла Маркса хозяин антикварного магазина висел на трубке и отчаянно делил с кем-то дивиденды от сделки:

– Мои двадцать процентов. А где бы ты без меня такого лоха нашел? Кто б тебе столько выложил за лежалый товар? Двадцать, Абрамыч, двадцать, а не то конец дружбе навеки!

Хозяин кивнул вошедшим, приглашая садиться.

Капанадзе грузно пристроился в скрипучем кресле в стиле ампир. А Коляныч стал внимательно осматривать иконы на стене кабинета.

– Одни жулики вокруг, – выдохнул хозяин, бросая трубку. – На ходу подметки режут. Коньячку будешь, Коля?

– Какой коньяк, когда криминал наступает… Классная икона, – отметил Коляныч, останавливаясь напротив небольшой иконки с отделанным золотом и эмалью окладом.

– Других не держим, – с удовлетворением произнес хозяин.

– Никак Хлебников.

– Он самый.

– Мне вот тоже нравится, – встрял в беседу Капанадзе.

– Вижу истинных ценителей. – В голосе хозяина магазина появились тревожные нотки.

– На сколько тянет? – спросил Коляныч.

– Тридцать тысяч евриков. За Хлебникова сущая безделица.

– Да, серьезная потеря, – вздохнул Коляныч.

– Какая потеря? – не понял хозяин магазина.

– Иконка-то ворованная.

– Да ладно свистеть. – Хозяин магазина схватил свою бороду в горсть.

– Тебе ориентировку показать? – прищурился Коляныч. – Или постановление следователя? С каких пор ты мне, своему лучшему ментовскому другу, не веришь?

– Да верю, Коля. Ты пока в разводках не замечен.

– Кто сдал ее? – спросил Капанадзе.

Хозяин магазина неопределенно пожал плечами.

– Не знаю. Сейчас посмотрим. – С этими словами он вытащил из стола толстую амбарную книгу со списком сдатчиков. – Так, это было позавчера. И сдала гражданка Артемьева.

– Это кто? – Глаза Коляныча заискрились весельем. – Семеновна, что ли?

– Она, ясноглазая, – нехотя согласился хозяин магазина. – Мой коммерческий директор.

– Ну, вот ее и арестуем, – кивнул Коляныч.

– За что? Тут скупки краденого нет! – возмутился хозяин магазина.

– Какая скупка? – широко улыбнулся Коляныч. – Не мелочись. Соучастие в убийстве.

– Что? – Хозяин магазина оторопел.

– Вещичка эта с мокрухи… Не веришь? Вот товарищ из убойного отдела. Он тебе все объяснит… В камере…

– А чего сразу в камере? Ну, оформила Семеновна вещь на себя. Значит, у кого-то прикупила. И от своего имени сдала. Все так делают.

– У кого прикупила? – У Капанадзе был нюх на вранье, который сейчас отчаянно сигнализировал – ложь.

– Не знаю я!

– Ну что ж, – развел руками Капанадзе. – У нас там следователь на улице с постановлением скучает. Сейчас проводим выемку. И опечатываем магазин.

– И на проверку все иконы забираем, – мстительно добавил Коляныч. – Небось половина с мокрух да гоп-стопов.

– Э, вы меня без ножа решили резать? – воскликнул хозяин магазина. – Так дела не делаются!

– Где купил икону? Вижу, ты в теме, – приблизился к директору Капанадзе. – Давай, не тяни…

– Да не надо меня пугать! – вознегодовал хозяин магазина. – Я пуганый!

– И что с того? – удивился Капанадзе.

– И сам все скажу…

– Вот это другой разговор. – Капанадзе снова устроился в кресле. – Кто сдавал?

– Да женщина одна.

– Какая женщина?

– Танюша.

– Фамилия?

– Старая моя знакомая. Татьяна Полубогатова…

Глава 18

Задержания проводятся обычно рано утром. Заваливаешься часов в семь в адрес с постановлением о проведении обыска – здрассьте, вы нас не ждали, ну а мы уже пришли. Крики, слезы, угрозы, адвокаты, прокуроры, все как положено в таких случаях.

С Болеком так и получилось. Его телефон был на контроле. За ним топтала землю служба наружного наблюдения, поэтому, где он находится, чем дышит и с кем встречается, оперативники знали отлично.

На его адрес отправились Йог, Принцесса и следователь – помощник Титова. Нашли понятых на соседней стройке и в компании с местным участковым выстроились за обитой железом тяжелой дверью. Вроде видеокамеры не было, так что всю честную компанию хозяин квартиры из-за двери наблюдать не мог.

Принцесса нажала на кнопку звонка, наплела какую-то историю, что Болек своим кошмарным вонючим джипом стукнул ее машину во дворе и она сейчас звонит в полицию, чтобы его лишили прав на веки вечные. Разъяренный Болек, облаченный в легкий белый спорткостюм, распахнул дверь, готовясь дать полноценный отпор нахалке. В результате был припечатан Йогом к стене.

– Стоять. Полиция. Все остаются на местах и не дергаются. Понятно? – осведомилась грозно Принцесса, заходя в комнату и сурово глядя на тщетно пытающуюся закутаться в прозрачный короткий халат перепуганную до смерти королеву красоты.

После этого ошарашенному Болеку следователь предъявил постановление о производстве обыска по уголовному делу, возбужденному по факту убийства гражданина Гольдина.

Начался стандартный сценарий – возмущенные вопли фигуранта, требование адвокатов, призывы к правовому государству, ссылки на каких-то больших людей, которые всех с работы вышибут в две секунды. В общем, обычный концерт художественной самодеятельности по заявкам полиции.

Пока Йог и следователь препирались с Болеком, пространно дискутировали о правовом беспределе и дожидались адвоката, Принцесса на кухне сумела развести на разговор Красотулю. Притом так удачно втерлась в доверие и одновременно запугала до икоты, что та стала исповедоваться:

– Да я вообще их боялась. Эти двое. Боря и его приятель-хоббит. Они же страшные люди.

– Почему? – с заинтересованным сочувствием спросила Принцесса.

– Да как-то сидели мы в ресторане. Они мне спьяну и рассказали, что какого-то партнера своего убили.

– Так прямо и сказали?

– Ну не прямо. Но я так поняла. Я их вообще боюсь. И я домой хочу. – Красотуля всхлипнула.

– Куда?

– В Бологое. Я оттуда.

– А здесь что делаешь?

– А дома что хорошего? Там и делать нечего.

– Так тогда зачем туда хочешь?

– Мне тут страшно-о-о. – Красотуля заплакала.

Как лесной хищник, настигший добычу, Принцесса, погладив «новую подругу» по плечу, принялась ее потрошить дальше и разводить на официальные показания.

С Полубогатовой вышел полный облом. Ни ее, ни Лелика наружка не контролировала. Два дня назад удалось выяснить, что первая жена Мопса проживала на Сретенке в квартире, принадлежавшей одной ее знакомой, отбывшей в Америку. Когда туда подъехала оперативная группа, выяснилось, что квартира пуста. Со слов соседей, Полубогатова вечером вызвала такси и вышла с огромным чемоданом чуть ли не больше ее ростом.

– Что делать? – спросил по телефону у Капанадзе Титов, который лично ездил на этот адрес с группой МУРа, а теперь сидел в машине, не зная, куда податься. – Как узнать, куда она смылась? Пограничникам, может, прозвонить?

– Да ни фига у погранцов учетов нормальных нет, – ответил муровец. – Быстро не ответят. Там бардак.

– По системе «Розыск-Магистраль» посмотрите, – произнес следователь, имея в виду автоматическую базу данных учета приобретения билетов и отбытия пассажиров, которая имеется в распоряжении управлений внутренних дел на транспорте.

– Я на нее сторожевичок выставил, – сказал Капанадзе. – Линейщики бы сообщили, если бы она куда отбыла.

– То есть она в Москве? – оживился Титов.

– Не факт. В системе «Розыск-Магистраль» базы неполные. Некоторые авиакомпании не дают сведения.

– И что теперь?

– Искать будем.

Через два часа оперативники МУРа выяснили, что Полубогатова улетела рейсом компании Люфтганза в Берлин.

– Ну, все, приплыли, – сказал Титов, добравшийся до рабочего места и услышавший по телефону это сообщение от Капанадзе. – Теперь мы ее не выдернем оттуда никогда.

Он был прав. Затеваться с экстрадицией – гиблое дело. Теперь все зависело от допросов бизнесменов.

– Как-то она лихо свинтила. Информация не ушла? – задумчиво произнес следователь.

– Откуда? – возразил Капанадзе. – Не так много народу знало, что мы их берем.

– И что, такая случайность?

– Всяко возможно в подлунном мире.

Вдобавок еще Лелика найти никак не могли. С утра выдвинувшийся по его адресу проживания Капанадзе застал пустую квартиру. Выяснилось, что его там нет уже три дня, а семья еще две недели назад отбыла в круиз по Карибским островам.

Капанадзе позвонил в УСТМ, где лежало задание на установление местонахождения абонента по телефонному аппарату. Там специалисты сказали, что объект «Л» последний раз отзванивался кому-то пять минут назад с района Тверской. Через дежурного по городу была дана ориентировка на розыск автомашины Лелика.